«Ваш выход!» Эти слова одновременно и волновали и
бодрили Джулию Ламберт, как бокал шампанского"
Сомерсет Моэм, «Театр».

Пока в Украине не вырастут системные партии с идеологией, стратегией и целями дольше одной выборной кампании, украинцам суждено выбирать «артистов разговорного жанра». В этой товарной категории нет равных Юлии Владимировне Тимошенко. Ее стихия – сцена, а репертуар – все, что вкладывается в уши избирателям и делает им приятно. Даже если это полная чушь. В репертуаре обещаний Леди Ю за 19 лет сольной карьеры было все: и возврат сгоревших вкладов СССР, и отмена воинского призыва, и бензин по 2.90 грн/литр, и кредиты по 2-3% годовых. Правда, со сбычей обещаного хронически не складывалось. Милое уху советского избирателя регулирование цен происходило как в армейском анекдоте про прапорщика, который командовал остановить поезд: «Поезд, стой — раз-два!». Раздача «Юлиной тысячи» в 2008 году ускорила инфляцию, заставила печатать деньги, и привела к отощанию кошельков тех, кого было обещано осчастливить. Одним словом, вместо молочных рек и кисельных берегов одни катастрофы. С удивительной регулярностью, виновниками катастроф назначались соратники и подчиненные Юлии Владимировны, которых она сперва назначала, и сама же потом обвиняла во всех смертных грехах.

Первое ее премьерство 2005 года запомнилось ростом цен и скандалами с «любими друзями». Премьерство 2007—2010 годов тоже запомнилось: грабительским газовым контрактом с «Газпромом», девальвацией гривны и банкопадом, свиногриппозной паникой с экстренной закупкой препарата «Тамифлю», стычками с «напомаженною істотою» (первый заместитель главы СБУ Валерий Хорошковский), «Кащеєм Безсмертним» (замглавы Секретариата Президента Роман Безсмертный), и эпичным «Пропало все!» — когда в 2009 году не получилось создать широкую коалицию с Виктором Януковичем и расписать роли во власти на 10 лет вперед по примеру Путина с Медведевым.

Народ восторженно рукоплескал сцене, даже не догадываясь, какой праздник жизни происходил в это время за кулисами. Именно при Юлии Владимировне началась и пышно расцвела практика рефинансирования за государственный счет банков — «кошельков» соратников Юлии Владимировны и дружественных ФПГ. Правда, ради спасения страны от финансового кризиса, «Укргазбанк» национализировали, а вот банку «Финансы и кредит» БЮТовца Константина Жеваго великодушно влили больше 5 миллиардов гривен «краткосрочных стабилизационных кредитов», и ни одной акции у владельца в госсобственность не взяли. Тогда же 4 миллиарда гривен рефинансирования ушло «Приватбанку» Игоря Коломойского. Донецкая бизнес-группа также не осталась в обиде.

Все «продюсеры» и «концертмейстеры» талантливейшей актрисы почему-то закончили плохо. Начиная с Павла Лазаренко, который помог ей избираться в парламент, а ее компании ЕЭСУ — стать монополистом импорта российского газа в Украину. Как только Лазаренко уволили с должности, а затем у него начались серьезные проблемы с американским правосудием, Юлия Владимировна отмежевалась от дурной славы покровителя и его партии «Громада», и начала сольную карьеру, основав партию «Батькивщина». Политический дуэт с Виктором Ющенко начинался с идиллии и клятв в вечной любви – разумеется, к Украине, которую надо освободить от ненавистных олигархов, опутавших ее схемами воровства газа и электроэнергии. Юлия Владимировна в правительстве Ющенко в 1999 году сразу дала понять, что в схемах ей равных нет. Показать мастер-класс разным Суркисам-Медведчукам не успела – попала за решетку за делишки минувших дней, связанные с ЕЭСУ. Но этот эпизод и помог определиться с имиджем и репертуаром до 2005 года. Образ «узницы совести» оказался именно тем, что зацепило людей, искренне и сильно мечтавших свалить ненавистного Кучму. И то, что было проблемой, стало и возможностью: вместе с Оранжевой революцией и свержением «преступного кучмовского режима» и приходом к власти Тимошенко, были закрыты и дела ЕЭСУ, и забыты выставленные корпорации колоссальные штрафы в 1,5 млрд. долларов. Союз с Ющенко свое отработал, леди Ю отмежевалась от теряющего популярность «мессии» и уж больно часто летала в Москву и слишком громко хихикала с Путиным над злоключениями Ющенко. И слишком красноречиво молчала, когда Россия в 2008 году напала на Грузию и оккупировала Абхазию и Южную Осетию. Благодаря неучастию БЮТ в голосовании, Верховная Рада тогда так и не признала Россию страной-агрессором.

Переждав, пока народ забудет про ее былые подвиги, и мимо проплывут трупы врагов и бывших соратников (что в 90% случаев одни и те же фамилии), Юлия Владимировна устраивает очередную цыганочку с выходом. Сменив множество костюмов, от лат Жанны д’Арк до гламурного Луи Виттон, Леди Ю неизменна в обещании хлеба и зрелищ. В качестве хлеба народу обещаны низкие коммунальные тарифы. Словно и не она навязала Украине грабительский газовый контракт, будто не ее дружбаны, в том числе Александр Онищенко и К, пилили из бюджета миллиарды на газовых схемах. Зрелища привычные – разоблачения многочисленных врагов и покусывание бывших соратников. Из них только Александру Турчинову удалось мирно разойтись с шефиней и при этом остаться уважаемым человеком, но ведь еще не вечер… Будучи и при власти, и при оппозиции, Леди Ю называет главным злом Нацбанк. В 2009 году она обещала, что еще немного, еще чуть-чуть – и «будет политическая воля менять председателя Нацбанка, тогда мы сможем изменить и стабилизировать ситуацию в банковской системе».

Перефразируя политический сленг языком музыкального критика, репертуар Леди Ю – не классика, не фольк, и не джаз, а попса, которая нравится всем. И попса с явным российским душком. Ведь кто-то же научил первого номера списка «Батькивщины» Надежду Савченко потребовать у Петра Порошенко извиниться перед Виктором Януковичем? Поскольку неоднозначные заявления Надежды Савченко, практически слово в слово повторяющие тезисы кума Путина Виктора Медведчука, не получили публичного осуждения «Батькивщины», речь идет не о спонтанном акапельном соло, а о расписанной партитуре концерта. В отличие от Повалий и Лорак, Тимошенко беспрепятственно собирает полные залы и срывает аплодисменты.

Леди Ю рвется на сцену не от большой любви к искусству: надо успеть, пока жесткая критика власти и переживание «за народ» еще подымают рейтинги «Батькивщины». Скромные 19 парламентских штыков из 450-ти — не тот отряд, которым привыкла командовать Юлия Владимировна. Так и чешется язык назначить конец света и объявить себя спасительницей Украины, как например, в 2009 году от эпидемии «свиного гриппа». Обидно, что нет возможности, как тогда, вытащить на спасение 5,5 миллиарда гривен из бюджета. Приходится вспоминать тяжелый и скудный 2002 год и по крупицам, как в те оппозиционные времена, создавать очередной «Фронт национального спасения». Но тогда можно было сказать − слава Богу, есть друзья, и у друзей есть шпаги (вернее, деньги). А сейчас, на безрыбье, и писающий мальчик – кабальеро. Скамейка соратников узка до тошноты, раз «поющей тетеньке» приходится сидеть на одном гектаре с Оппоблоком, «писающим мальчиком» Сергем Тарутой и восставшим из гроба главой Ассоциации банков Александром Сугоняко. А окно возможностей – даже не окно, а форточка. Которая вот-вот захлопнется ветром перемен, как весной 2014 года, когда из прославленной «узницы режима», освобождения которой добивались все мировые лидеры, леди Ю чуть не превратилась в политическую пенсионерку.

Валерия Негонтарева, Национальное бюро расследований Украины

Впрочем, это не снимает ключевой проблемы Национального банка — отсутствия реальной независимости и, как следствие, острейшего дефицита доверия к ведомству, а также курируемым им банковской системе и национальной денежной единице. И это — острейшая головная боль не только Нацбанка, но и всей страны и ее экономики. Проблема, за существование которой вместе с председателем НБУ в полной мере несут ответственность глава государства и премьер-министр. А вот расплачиваются предприниматели и простые граждане.

Вполне может быть, что в ходе переговоров президент Порошенко сумел сохранить пост главы НБУ в собственной квоте и решил (как минимум, пока) оставить его за собственной креатурой — Валерией Гонтаревой. Но вероятнее, что Нацбанк решили пока не «разменивать» из-за нежелания лишний раз дразнить функционеров МВФ, для которых независимость центробанка (хотя бы формальная) — одно из ключевых и непременных условий.

Законодательные изменения к профильному закону, направленные «на усиление базы для управления и автономии НБУ», специально прописаны в нынешнем меморандуме с фондом и содержатся в числе его структурных маяков. Впрочем, аналогичные по замыслу пункты были и практически во всех предыдущих соглашениях. И что?

Увы, с независимостью и автономностью у Национального банка Украины дела обстоят, мягко говоря, не очень. С одной стороны, это объективная данность: в сложившихся отечественных реалиях ведомство к ней и само далеко не готово. Нет ни должной прозрачности, ни надлежащей институциональной зрелости (хоть по украинским меркам ее и можно было бы считать достаточно высокой, если бы не чрезвычайность сложившейся ситуации). Процедуры оперативного взаимодействия с правительством (и, в частности, с Минфином) тоже до конца не формализованы и не отработаны. По этой причине множественные конфликты между правительством и НБУ как возникали в былые времена, так и случаются нынче.

В том, что безусловная подчиненность главы Нацбанка премьер-министру — «абсолютное зло», страна убедилась в первые же постмайданные месяцы работы «правительства камикадзе». «Наследие» Кубива, а точнее, его куратора Яценюка, еще долго придется разгребать и Нацбанку, и банковской системе, а отрабатывать — всей экономике и гражданам. Быстро возросшая до свыше 100 млрд грн задолженность ограниченного перечня банков по стабкредитам и рефинансированию, как и массированная эмиссия гривни на покрытие бюджетных нужд стали серьезнейшими факторами первой в нынешнем году — весенней — волны девальвации, вылившейся в падение курса национальной валюты с 8,2 до 12 грн за доллар (почти 50%).

Похоже, в тот момент премьер был даже рад расстаться со своим ставленником на посту главы НБУ. Как-то уж слишком легко он уступил эту должность новоизбранному президенту Порошенко. И хотя выдвижение главного банкира — прерогатива главы государства, это вовсе не значит, что занимавший этот пост до его избрания должен автоматически слагать полномочия. Не стоит забывать, что согласно закону об НБУ его председатель должен избираться на семь лет (статья 18), и требуются очень серьезные основания для снятия его с должности. Конечно, если фигурант не пишет заявления «по собственному». Уговорили, получается, «по-тихому». ‏Очевидно, что ворох накопившихся в банковской системе уже на тот момент проблем оказался слишком сложным и неподъемным даже для «гения» нынешнего украинского премьера, поэтому он и решил «отойти в сторону».

Другой «гений» — президентский — этого, видимо, недопонял. Уж так хотелось взять Нацбанк под крыло, что Кубив впоследствии даже оказался в предвыборном списке БПП, получив иммунитет от каких-либо «лишних» вопросов правоохранителей. И не меньше хотелось иметь на Институтской своего личного ставленника (да еще имеющего хорошие контакты с работающими под вывеской Rothschild людьми, вроде бы занимающимися сейчас продажей президентских активов). Иначе расчетливый Порошенко не бросил бы на амбразуру борьбы с пылающими одновременно валютно-курсовым, денежно-кредитным и финансово-банковским кризисами человека без достаточных для этого компетенций.

И дело вовсе не в том, что это дело не женское (женщин с очень даже боевыми мужскими характерами в украинской политике и коридорах власти предостаточно). Таких характеристик Гонтаревой, как живой ум, независимость оценок и суждений, жесткость и прагматичность в подходах, хороший бэкграунд работы и связи в западных финансовых структурах, а также успехи в управлении собственным инвестбанком, — этих качеств вполне могло бы хватить для управления и реформирования Нацбанка в отличные от нынешних времена. Но тут и недостаток опыта управления коммерческим банком, и полное отсутствие опыта работы в госструктурах, да еще без надлежащей профессиональной командной поддержки, заранее обрекли г-жу Гонтареву на выносимый нынче практически всеми нашими собеседниками вердикт: «Не справляется». При всей человеческой симпатии к Валерии Алексеевне, такие ее качества, как эмоциональность и импульсивность в принятии решений, вполне можно было бы расценивать, как достоинства, если бы речь шла не о должности главного банкира страны, где они оборачиваются факторами подверженности манипулятивному влиянию.

Характер у нынешнего главы Нацбанка, конечно, есть. И «мойки» с «конвертами» вычищаются, и больные структуры закрываются… Вот только все равно при этом применяется избирательный подход (о примерах — ниже). Надо сказать, что рефинансирование при нынешнем руководстве НБУ раздается далеко не так легко, как при предшественнике. Свидетельство тому — публикуемые данные по задолженности банков перед НБУ по состоянию на 1 ноября с.г. (рефинансирование плюс стабкредиты). Примечательно, что общая их сумма с момента ухода Кубива (по крайней мере, до начала прошлого месяца) оставалась практически неизменной — немногим более 100 млрд грн. Хотя и здесь нельзя исключать, что это достижение надо вменять в заслугу не столько Институтской, сколько МВФ-ским функционерам — слишком большие скандалы бушевали в Киеве на рефинансовой почве во время летнего четырехнедельного пребывания миссии фонда в украинской столице.

Наши собеседники подтверждают, что именно нежелание выдавать рефинансирование является одной из главных «лютых» претензий собственников и управляющих большинства украинских банков к человеку по фамилии Гонтарева. Однако и тут не обошлось без «особенных случаев». Еще в начале сентября от источников ZN.UA поступила информация, в которую мы поначалу и не поверили: Валерия Алексеевна все-таки «не смогла устоять перед обаянием и способностью убеждать» Петра Алексеевича, вроде бы вынудившего ее выдать более трех миллиардов одному из банков дутого аграрного барона по фамилии Бахматюк. Сложно сказать, что связывает этих людей,  но сестра Бахматюка по фамилии Василюк даже числилась в предвыборном списке под казавшимся до выборов проходным номером 108. Она же, кстати, возглавляет набсоветы двух ключевых активов брата — ООО «Авангард» и «VAB-Банка».

В ходе сентябрьского интервью мы не могли не поинтересоваться этим обстоятельством у главы Нацбанка лично. Тогда Валерия Алексеевна отвергла возможность выдачи стабкредитов какому-либо из принадлежащих вышеназванному персонажу финучреждений, заявив, что выдается только стандартное рефинансирование на еженедельной основе. Даже если банкирское слово и не гранит, то подпись точно должна стоить бумаги, на которую ставится (даже если эта бумага — национальные денежные знаки), — как не поверить?

Каково же было наше удивление, когда при ознакомлении с данными банковской отчетности на сайте НБУ мы обнаружили, что обязательства по статье «средства банков» учреждения под вывеской «Финансовая инициатива» (также принадлежит О.Бахматюку) в третьем квартале выросли, ни много ни мало, на более чем 3 млрд грн (ничего себе «стандарты»!). Так, привлеченные средства вылились для «ФИ» в общий рост активов за третий квартал на 4,2 млрд грн (почти в 1,4 раза, причем наиболее существенное увеличение было зафиксировано по статьям «Торговые ценные бумаги» (на 2,05 млрд грн), а также «Кредиты и задолженность юрлиц» (на 2,72 млрд грн). И это все — в условиях падения ВВП и стагнации кредитования!

При этом опрос осведомленных участников рынка свидетельствовал: лимиты на «ФИ», работающей как «пылесос» для финансирования бизнесов своего собственника, на рынке давно закрыты. И ни один из даже не уважающих себя банков на рынке (в том числе и терпящий бедствие родственник VAB) не мог одолжить столь крупную сумму. Так что единственный потенциальный источник — только Нацбанк, к которому и надо обращаться с вопросами. ZN.UA не преминуло воспользоваться этим советом, однако все наши обращения, запросы и напоминания остались пока без ответа. Впрочем, как и обращение за разъяснениями в саму «Финансовую инициативу»…

Конечно, возможности, что регулятор все-таки ни при чем, исключать все-таки было нельзя. Теоретически речь могла идти о какой-то финансовой схеме, «подхимиченной» под отчетную квартальную дату.

Но в таком случае, если столь очевидно-сомнительные миллиардные «оборудки» проходят под носом НБУ незамеченными, есть ли вообще смысл надеяться на наведение когда-нибудь порядка в системе? (Это к вопросу об институциональной «спроможності» Нацбанка). Может, хоть в правоохранительных органах кто-то, почитав СМИ, обратит внимание? Хотя, как показывает опыт, там хоть и читают прессу достаточно внимательно, эта внимательность идет на пользу вовсе не госказне. А вот финансовая состоятельность «отдельных персонажей» среди силовиков и судей растет очень даже внушительно.

Тем временем данные о задолженности банков перед НБУ, которые мы публикуем в этом номере, свидетельствуют: источником получения денег «Фининициативой» был, получается, таки Национальный банк. Причем его чиновников не смутило, что общая сумма задолженности при этом составила более 9 млрд грн (четвертый показатель по системе!), в 1,67 раза превысив объемы привлеченных учреждением клиентских средств. При этом речь идет о структуре даже не из разряда крупнейших. А ведь еще свежи в памяти скандалы, которыми сопровождалось получение рефинансирования даже на меньшую сумму (немногим более 7 млрд грн) вполне даже системным и крупнейшим банком «Надра». Хотя курс тогда, конечно, был еще не тот…

Так неужели Валерия Алексеевна в ходе интервью лукавила или чего-то недоговаривала? Или, может, банально не владела информацией? Но если так, тогда получает подтверждение еще один тезис, уже неоднократно высказывавшийся собеседниками ZN.UA: ей так и не удалось взять под надлежащий контроль процессы в возглавляемом ведомстве (и признание, что memo в МВФ приходится/приходилось готовить самой, — яркое тому свидетельство). Что уж тут говорить о всей банковской системе?

По информации ZN.UA, ситуация не осталась без реакции — в Национальном банке уже началась структурная реорганизация. Вот только, как показывает опыт, подобные процессы крайне редко заканчиваются ожидаемым результатом…

***

Коалиционное соглашение содержит целый раздел под названием «Реформа финансового сектора», многие принципиальные пункты в котором являются прерогативой Национального банка. В банковской среде уже активно работают различные рабочие группы, задачей которых является выработка мер по реформированию и восстановлению устойчивости финансового сектора (и это — тема отдельного большого разговора). Впрочем, эта задача для банкиров, судорожно и лихорадочно пытающихся сейчас вместе с регулятором всякими мерами и полумерами оттянуть летальный исход, пока неподъемна. И здесь дело далеко не в первую очередь в событиях на Востоке страны, на которые так любят нынче пенять высшие должностные лица украинского государства. И даже плачевное состояние экономики, без восстановления которой очень сложно рассчитывать на хорошее самочувствие финансового сектора, было бы делом вполне поправимым, если бы, наконец, закончились разговоры о реформах, и их таки начал кто-то делать.

Главный системный вызов — восстановить уже практически полностью потерянное ДОВЕРИЕ — к политике, гривне, надежности обещаний и обязательств, а также деклараций намерений. Причем как внутри страны, так и за ее пределами.

Приезжавшие в прошлом месяце в украинскую столицу функционеры МВФ были настроены всерьез поработать, чтобы узнать, где же все-таки обещанные Киевом и записанные в меморандуме о сотрудничестве структурные реформы. Но осознав, что на Печерских холмах больше заняты совершенно другим и намного более интересным для тамошних обитателей занятием, нежели спасение государства, — разменом портфелей, денежных потоков и полномочий, уехали восвояси, отложив до «лучших времен» свои неудобные вопросы. О наличии которых публично намекнул хотя бы тот же вице-президент США Джозеф Байден…

В итоге страна оказалась пока без миллиардных валютных поступлений, на которые так рассчитывала. А заодно — и без единственного источника внешнего финансирования, за счет которого можно было надеяться восполнить зияющую нынче дыру в госфинансах (перезимовать, не закрыв которую, будет очень сложно). Альтернатива — новая непокрытая эмиссия, последствия которой даже страшно прогнозировать.

Но даже для получения новых МВФ-ских траншей хотя бы в конце января придется хорошенько потрудиться, чтобы восстановить снова всерьез пошатнувшееся доверие и Вашингтона. И, кроме начала реальных реформ, доказать, что Национальный банк принимает решения в таких чувствительных сферах, как денежно-кредитная и валютно-курсовая политика, самостоятельно (иначе деньги фонда неизбежно улетят «в топку»).

Один из авторитетных иностранных собеседников ZN.UA, анализируя нынешнюю угрюмую украинскую действительность, предположил, что в такой ситуации вполне могла бы оказаться кстати уже начавшая эксплуатироваться в Украине политика привлечения «варягов» на высшие государственные посты. Однако, по его словам, фигура главы монетарного ведомства должна быть достаточно авторитетной в глазах иностранцев (и особенно финансистов), чтобы они поверили в ее способность не только навести порядок, но и говорить принципиальное «нет» будь то украинскому премьер-министру, будь то президенту, доверие к которым сейчас на Западе тает на глазах. Так что «кто попало не прокатит» — такой человек должен быть вхож в круг центральных банкиров, собирающихся каждый квартал в Базеле. Ну что же, если своего Бальцеровича никак не найдем, то, может, хоть чужого попросим? Чего уж по мелочам размениваться?

Юрий Сколотяный, газета «Зеркало недели»

Обычный украинец не ожидал банкротства десятков других банков — от «Украины» до «Форума».

Слава богу, деньги населения удастся вернуть через Фонд гарантирования. Это уникальный механизм снятия общественного напряжения там, где должны ставиться жесткие вопросы и делаться не менее жесткие выводы.

А вот деньги предприятий, которые обслуживались в этих «надежных» и «перспективных» банках, не вернутся никогда. Но им пожаловаться некому.

Платить за отсутствие в Украине здорового банковского надзора в любом случае придется населению. Фонд гарантирования выдаст депозиты, а потом возьмет эти деньги из бюджета и отчислений с новых депозитов. Фонд будет наполняться деньгами, чтобы снимать социальное напряжение от новых банкротств. В этом вся Украина.

За многочисленные банкротства ни единый человек не понес ответственности. Владельцы банков известны. Люди, которые приложились к их банкротству, — тоже.

По каждому учреждению своя история — по «Форуму» и «Родоводу» нужно разбираться по-разному. Однако совершенно точно, что концы найти можно. Правда, их упорно не находят. В этом тоже вся Украина.

Тогда давайте перестанем сажать за кражу телефонов и неуплату налогов. В чем логика? Ведь за пропажу миллиардов — никакой ответственности. Лишь прокурор достраивает гостевой домик на соседнем гектаре.

Давайте зададимся вопросом: зачем НБУ держит целый департамент банковского надзора?

Зачем нужна эта унылая математика? Зачем просиживают штаны и юбки сотни штатных сотрудников?

Почему для них закупают компьютеры, принтеры и бумагу? Чем они доказали свою полезность?

Зачем нужен надзор, который работает не в интересах экономики, а в интересах владельцев банков, закрывая глаза на чудовищный «инсайд» и массовые схемы.

Зачем НБУ терзает банки томами ежедневной отчетности, если предупредить вывод капиталов и громкие банкротства банков он все равно не в состоянии?

Реформа Нацбанка — дело необходимое и давно назревшее. Валерия Гонтарева совершенно зря унижает подчиненных, но в этом вопросе она права на 100%.

Вот бы еще «потерять» весь нерадивый штат банковского надзора при «переезде» и сформировать полностью новый, настроенный работать, а не демонстрировать собственную значимость при вымогании отчетности. А попутно повысить им зарплаты и гарантировать личную безопасность. Возможно, тогда в Украине прекратится «банкопад».

CityCommerceBank и VAB Bank

Английские буквы в названии не спасают от плохого управления. В пятницу, 21 ноября 2014 года временные администрации введены еще в два банка: CityCommerceBank и VAB Bank. Вопрос на засыпку: давно ли надзор знал о надвигающемся счастье?

CityCommerceBank — это бывший Конверс-банк. Он когда-то принадлежал российскому олигарху Владимиру Антонову. Когда у Антонова начались проблемы с властями Литвы и России, он был вынужден бежать в Лондон.

Украинские компаньоны поспешили «отжать» банк под себя.

Среди них, к слову, был Вадим Столар, который сегодня известен как наиболее влиятельный «решатель вопросов» при Виталии Кличко.

Со временем банк перешел под контроль Нурулислама Аркаллаева, соратника Рината Ахметова по Донецку и Верховной раде. Было ли банкротство CityCommerceBank предсказуемым? Для постороннего наблюдателя — точно да.

По данным источников ЭП, последний год учреждение выживало благодаря одному очень занятному финансовому механизму, который позволял ему выдерживать все нормативы НБУ.

Вопрос в другом: неужели регулятор не видел, что банк дышит на ладан? Видел. Даже не потому, что Нацбанк собирает тома отчетности за неделю, а потому, что описанный выше занятный финансовый механизм находится в ведении Нацбанка.

Предположим, до Майдана закрыть CityCommerceBank было невозможно, ведь Аркаллаев был в сердцевине власти Виктора Януковича.

Однако после победы Майдана прошло более чем полгода. Чем занимался банковский надзор при Степане Кубиве и Валерии Гонтаревой? Почему до банкротства дошло только сейчас, когда банк уже явно представляет из себя «высушенный» скелет без намека на живые активы?

VAB Bank — несколько другая история. Олег Бахматюк отвоевал его у Сергея Максимова в ходе корпоративных войн, которые продолжались с 2011 года по 2013 год, и закончились поражением Максимова. Бахматюк получил уже не слишком устойчивый VAB. После кризиса 2008 года он ходил в «калеках».

Была ли в этом вина менеджмента Бахматюка, заливались ли деньги банка на финансирование его агрохолдинга, пусть разбираются владелец и надзор. Явно не обошлось без талантливых управленцев и без использования банка в интересах группы.

Но вопрос в другом. Банк так и не встал на ноги, так что банкротство его также стало закономерным.

Видел ли НБУ, что VAB шагает в пропасть? Осмелимся предположить, что да.

Другие банки уже давно «закрыли лимиты» на VAB. Его уже давно обвиняли в задержке платежей. Одно время банк отчаянно пытался привлечь депозиты населения под ставки более 20%, но в последнее время перестал это делать.

О проблемах в его работе говорит и пресс-релиз VAB, которым располагает ЭП.

Тем не менее, по информации источников, несколько месяцев назад НБУ выделил этому банку рефинансирование. И все равно, теперь ФГВФЛ придется изыскивать многие миллиарды, чтобы вернуть депозиты населения.
Где логика? Если надзор понимает, что банк уже не сможет восстановиться, зачем ему давать рефинансирование?

Можно сколько угодно показывать пальцем вверх и намекать, что Бахматюк с кем-то договорился. Банкротство VAB 21 ноября говорит, что в конечном итоге не договорился. Значит, можно было сказать «нет», не вливая государственные миллиарды в «дыру». Но почему-то сказали «да».

Не стоит преуменьшать странную роль НБУ еще в одном вопросе.

«В сентябре 2014 года в „ВиЭйБи банк“ были введены кураторы Нацбанка, и тем самым произошло отстранение руководства от управления финучреждением. Большинство решений принималось представителями, назначенными НБУ.

На наши неоднократные заявки на участие на межбанковском валютном рынке и валютных аукционах с целью удовлетворения потребностей клиентов НБУ отвечал отказом», — говорится в релизе банка, вышедшем после введения временной администрации.

Можно рассматривать это заявление как попытку бывшего менеджмента VAB снять с себя ответственность. А можно углубиться в вопрос и понять, что кураторы НБУ занимались чем-то еще, кроме стабилизации работы банка. Чем и как, к сожалению, останется тайной для широкой общественности.

Самым активным вкладчикам депозиты вернут через Фонд гарантирования, а остальные переживут без выяснения подробностей работы НБУ в VAB.

Кто следующий?

Проблемы с устойчивостью испытывают практически все крупные и крупнейшие банки. По результатам стресс-тестов буквально несколько счастливчиков сравнительно в неплохом состоянии, и это не значит, что они процветают.

На фоне девальвации в 100% трудно сохранить здоровые активы и прибыльность. Отсюда и огромные объемы рефинансирования, которые «подвисли» в банках.

По сведениям источников, вопрос временной администрации может обсуждаться в отношении двух крупнейших учреждений — «Надра банка» и «Дельта банка».

Первый, как известно, принадлежит Дмитрию Фирташу, который вынужденно находится в Вене под подпиской о невыезде. Пока олигарх изолирован от своего бизнеса, его активы активно атакуют «доброжелатели».

Среди них стоит выделить Игоря Коломойского. Последний уже отобрал у Фирташа контроль над двумя ильменитовыми ГОКами и в данный момент активно пытается «отжать» для себя долю в телеканале «Интер».

«Надра» давно не выплачивают депозиты в полном объеме. Фирташ долго и честно пытается удержать банк на плаву, но, видимо, в пределах разумного — не отдавать же населению свои деньги.

Недавно банк сообщил об увеличении капитала на 5,5 млрд грн путем размещения допэмиссии среди существующих и неких новых частных инвесторов. О чем идет речь, пока не понятно.

Если верить источникам ЭП в НБУ, отказываться от версии о временной администрации пока не стоит. Банк продолжает привлекать депозиты по сверхвысоким ставкам, что не является признаком здорового учреждения.

Для банка и самого Фирташа временная администрация стала бы способом снять с себя лишнее напряжение. Как минимум полгода после этого банк сможет на законных основаниях отказывать в выплате депозитов и возврате средств предприятий, а через полгода или падишах умрет, или ишак сдохнет.

ЭП обратилась за комментариями в «Надра банк», и в редакцию пришел бравый ответ в духе «все отлично». Верить в эту риторику непросто.

Фирташ точно не собирается «класть» свой банк. Он наверняка намерен ждать и работать. В случае прихода частных инвесторов банк продолжит работать, и опасения будут излишни.

Если же речь пойдет о временной администрации, то клиентам «Надр» стоит морально подготовиться не к потере денег, а к повторению старой истории с игнорированием их интересов. Наверняка не будут исполняться даже решения судов. Исполнители странным образом не будут их выполнять.

В отношении «Дельта банка» уже несколько месяцев ходят разговоры, что более чем успешный до сих пор Николай Лагун испытывает сложности. Какие именно — история умалчивает. Говорят, на него оказывают сильное давление некоторые люди, близкие к нынешней власти.

Остается лишь надеяться, что руководитель банка решится пролить свет на то, почему его преследуют неприятности, и какова в этом процессе роль Нацбанка.

Тревожные сигналы в отношении банка также поступают давно. Совсем недавно «Дельта» под предлогом перехода на собственный процессинг — дорогое удовольствие, особенно в кризис, — задерживал платежи по собственным платежным карточкам. Высокие ставки по депозитам — тоже неспроста.

Вполне может быть, что для «Дельты» вариант с временной администрацией окажется спасительной гаванью. Банк огромный, системный и агрессивный. Вряд ли его акционер, которым за глаза считают Валерия Хорошковского, захочет терять такой бизнес. Скорее, речь идет о преодолении временных проблем.

«Дельта банк» на запрос «Экономической правды» не ответил.

Национализация вместо временной администрации?

Еще Вадим Новинский предлагал национализировать «Форум», присоединив его к государственному Укргазбанку. Спустя несколько месяцев трезвая идея передать учреждение в пользу государства начинает реализовываться.

На прошедшей неделе Кабмин рассмотрел проект постановления, который позволяет выкупать коммерческие банки в обмен на государственные облигации. По сути, это и есть национализация. С той разницей, что механизм позволяет выкупать как все акции, так и их часть.

К чему бы это? Наверняка, какие-то системные банки может ожидать не ликвидация, а национализация или докапитализация.

Вполне возможно, это могут быть «Надра» или «Дельта» — они подходят по масштабам для такой сделки. Их куда выгоднее наполнить ОВГЗ, чем ликвидировать, ведь тогда пропадут деньги огромного количества предприятий.

Вполне возможно, что по данной процедуре пройдут сразу несколько банков, которые не имеют другой возможности докапитализироваться.

Под критерий «2% и более активов банковской системы» подпадают 13 банков, из которых 11 не являются государственными. Последними в этом списке стоят «Финансы и кредит», самочувствие которых давно вызывает вопросы.

В крайнем случае, в государственный капитал может быть трансформирован долг учреждений по рефинансированию. Это было бы разумно, поскольку НБУ в ближайшие годы не сможет вернуть более 100 млрд грн выданного рефинансирования. Отсюда, по природе этих денег, они куда больше подходят под определение капитала, а не кредитов.

В этой связи возникает лишь один вопрос: кто будет руководить национализированными банками? Это явно не должны быть прежние собственники, при которых банки собственно стали проблемными.

Например, Лагун вовсе не был посторонним человеком для прежней власти. Он пользовался режимом благоприятствования со стороны НБУ, скупая проблемные учреждения ради получения рабочих активов.

Учитывая ужасное качество банковского надзора в Украине, где НБУ собирается взять достаточное количество менеджеров высокого класса для управления национализированными банками? Круг замыкается самым некрасивым образом.

Кстати, Нацбанк на вопросы ЭП не ответил.

Сергій Лямець, Економічна правда

Почему, не смотря на обвинения в бездействии в…о время пожара,  Кубив всё же стал главой  Нацбанка «из народа», нужно поблагодарить Арсения Яценюка.

Это целиком и полностью человек нынешнего премьер-министра. Кубив был лидером Львовской облорганизации «Фронта змин», а главой НБУ как тыла правительства нужно ставить только своё проверенное лицо.

Почему ж это проверенное лицо умудрилось в кратчайшие сроки обвалить национальную валюту, а потом раздать огромное количество денег на покрытие разницы?

Во времена рефинансирования Кубивым коммерческих банков был виден четко выраженный лоббизм в сторону определенных финансово-промышленных групп. Одни банки получили  в 10 раз больше, другие — в 10 раз меньше.

Кубив предложил освоить первые четыре миллиарда гривен из программы по поддержке отечественного банковского сектора своим коллегам и давним друзьям: Олегу Бахматюку и Николаю Лагуну.

К середине июня банки  Бахматюка  VAB освоил  480 млн грн,  «Финансовая инициатива» — 3,45 млрд грн, а банк Лагуна  — «Дельта-банк» — более 10 млрд грн.

Львиная доля денег, выделенная НБУ на рефинансирование банков, досталась «Приватбанку»  губернатора Днепропетровской области Игорю Коломойскому — 20,188 млрд грн.

Получив от НБУ миллиарды на рефинансирование они тут же пустили их на покупку доллара, курс которого всего за пару недель побил все рекорды, достигнув отметки в 12 грн/$1 (рост почти 50%). А Нацбанк – главный финансовый регулятор — фактически самоустранился от участия в процессе, не пытаясь спасти национальную валюту.

Кубив знал о том, что МВФ требует от Украины отпустить гривну в свободное плавание, что означает её резкую девальвацию, поэтому тот, кто был заранее осведомлен о грядущем обрушении национальной валюты и имел в достаточном объеме свободные средства, получал уникальную возможность получить сверхприбыли, играя на купле-продаже.

За предоставление данной информации Кубив потребовал 25% от официального объема выделяемого рефинансирования, то есть, один миллиард гривен.

Как бы поступил на месте Кубива другой глава Нацбанка: ввел мораторий на снятие вкладов , удержал бы гривню на уровне ниже 12 и вёл бы более гибкую политику с восточными и западными партнерами – это мы можем только обсуждать. Как говорил Леонид Кравчук: «маємо те, що маємо»: получили инфляцию и девальвацию.

Либо он, как самостоятельный игрок, руководитель НБУ, действовал в интересах государства, либо же у него были другие задачи, поставленные кем-то свыше.

В связи с этим, есть ряд вопросов:
— Почему ГПУ возбудила уголовное дело за злоупотребление служебным положением и.о. главы Нацбанком Кубивым только сейчас, дав возможность освоить и переосвоить всю прибыль от рефинансирования?
— Как собираются возвращать эти крупные суммы Украине?

Анастасия Марцинюк, Национальное бюро расследований Украины

Любая финансовая организация в Украине может быть мгновенно уничтожена по договоренности. Причем не обязательно это будет враждебный заказ. Банк может  просто не пережить девальвацию гривни. В частности, председатель Комитета экономистов Украины Андрей Новак считает, что после преодоления психологического рубежа в 9 грн/$, курс вряд ли вернется в старые рамки.

«Каждый день происходит девальвация гривны, которая вызвана повышенным спросом на иностранные валюты. Украинские банки сегодня не имеют возможности удовлетворять этот спрос и так же Нацбанк Украины не в состоянии гасить девальвации гривни », — такое мнениевысказал Андрей Новак.

«Глубина девальвации будет напрямую зависеть от течения политического кризиса и времени, когда наступит политическая развязка. Чем дольше будет тянуться политическое противостояние – тем глубже гривна пойдет вниз. На сегодня курс остановился ниже первого психологического рубежа 8,5 грн/$, а это означает, что даже в случае политического урегулирования он уже вряд ли опустится до прежнего уровня. Но если он опустится до психологического рубежа в 9 грн/$, то также, скорее всего он уже не вернется к показателю менее, чем 9 грн», – сказал эксперт.

Однако, закрытие своего банка может «заказать» его владелец. Все будет выглядеть довольно просто.  Например, акционер соберет депозиты населения, выведет полученные средства на родственные структуры, а затем по договоренности с НБУ и Фондом гарантирования вкладов в банк введут временную администрацию.

Долги перед населением будет покрывать государство из ФГВФЛ, который на самом деле уже пусты. Но законодательством предусмотрен механизм получения ссуды из государственного бюджета — любого размера. А это бесконечный источник денег.

Сколько стоит такая схема? Никто не знает наверняка, но такая схема обогащения давно известна . Несколько платит владелец банка, который просит провести контролируемое банкротство. В частности, чтобы временная администрация и ликвидатор банка «не нашли» средств, которые были выведены из банка. А несколько «наваривается» за счет Фонда гарантирования — к нему подаются завышенные суммы депозитов населения, которые должны быть погашены. Среди вкладчиков появляются «мертвые души», которые требуют многих миллионов дополнительных гривен.

Разница между заявленной суммой и реальным долгом перед населением идет в карманы заинтересованных чиновников. Ну, конечно, часть придется отдать прокурорам и всем тем, кто может разоблачить схему.

Все это — политика и практика краж из бюджета. Они имели место за все предыдущие правительства, но те по крайней мере стеснялись таких фактов. Не скрывать подобную практику решилась только действующая власть. Но приведенные факты говорят о надежности банковской системы как таковой? Абсолютно ничего.

Все то, что видит надзор НБУ, когда анализирует отчетность того или иного учреждения. Это те же данные, по которым НБУ составляет так называемые рейтинги CAMELS — тайные оценки, которые получает каждый банк, и по которым к нему применяются те или иные средства воздействия.

Мы исходили из того, что клиенты на самом деле не знают, кому они отдают свои деньги. В Украине есть много банков, имеющих скрытые проблемы. Напомним, что события вокруг курса осенью 2012 привели к дефициту гривневой ликвидности и принесли немало ущербу. Сначала НБУ предположил снижение курса доллара до 8,3 грн, а потом «закрутил гайки», и тот вернулся к отметке 8 грн.

Временной администрацией в то время обзавелся только банк «Таврика», и тот скорее по политическим причинам. Но пережить ту осень могли совсем не все. Еще с 2008 года являются банки, которые находятся в тяжелом состоянии. Только по политическим причинам они не попали под тогдашнюю программу государственной рекапитализации. Десятки учреждений получили от регулятора десятки миллиардов рефинансирования, которое они не в состоянии вернуть. Эти банки продолжают существовать только потому, что НБУ не решается сделать решительный шаг и объявить банкротов банкротами.

Для стабильной работы банка необходимо иметь в достатке две вещи: капитал и ликвидность. Для определения достаточности капитала норматив регулятивного капитала «Н2». Уровень адекватности регулятивного капитала должен быть не менее 10%, иначе НБУ имеет полное право ввести временную администрацию в банк. Примитивно говоря, на каждые 9 грн. депозитов населения банк должен иметь 1 грн. собственных денег. Тогда его капитал является адекватным относительно размера взятых на себя рисков.

В реальности, расчет норматива ведется по очень сложной формуле. Главным элементом этой формулы является «регулятивный капитал», для расчета которого надо знать детальные показатели баланса банка.

Как правило, банки не публикуют информацию о регулятивный капитал, однако делятся ею между собой. Нам удалось получить подробную информацию о показатель. В НБУ не смогли или не захотели исправить главные недостатки банковского надзора.

Как отмечает  глава Комитета экономистов Украины Андрей Новак, среди крупнейших украинских банков есть несколько банков, в которых норматив Н2 находится на уровне, близком к минимуму. Очень важно, чтобы он все же был ощутимо выше, чем минимальные 10%, ведь такие события, как девальвация гривны и ухудшение качества кредитного портфеля приводят к убыткам, и резко уменьшают регулятивный капитал. Особенно тревожным для украинских банков является именно девальвация гривни.

Благодаря постановлению НБУ № 109 от 2009 , многие банки оказались в так называемой «короткой валютной позиции». Это означает, что они продали валюты больше, чем имели — за бухгалтериюе, такое возможно. Иными словами, у банков валюты меньше, чем они должны вкладчикам. И если клиенты придут забрать свои доллары, эти доллары надо будет быстро где-то купить.

Данная отрицательная разница достигает до 7 млрд. долл. по всей банковской системе. То есть, при девальвации гривны на 10% банки должны будут потратить на 10% больше гривни, чтобы купить ту же сумму долларов. Следовательно, они получают мгновенный убыток в 700 млн. грн.

А отдельный круг банков, в которых норматив адекватности капитала находится на низком уровне, потребуют немедленного вливания капитала, чтобы выжить после полученных убытков.

Например, девальвацию гривни до 9,5 грн. за доллар, вероятно, не переживут без нарушения упомянутого норматива следующие банки: «Финансы и Кредит», «ВиЭйБи», «Приватбанк» и «ВТБ Банк Украина». На мгновенную поддержку акционеров может рассчитывать разве что последний из них. Остальным придется делать что-то большое.

Однако капитал — не такая уж серьезная проблема, по сравнению с нехваткой ликвидности. Так банки зовут остаток свободных средств, которые можно или вложить, или направить на платежи, или вернуть вкладчикам.

Не секрет, что норматив регулятивного капитала банки уже давно научились «подкручивать» благодаря креативному бухучета. А вот если возникнет дефицит гривни, то надежда только на НБУ. Потому что когда средств нет, они не появятся только благодаря записи в балансе.

Именно возложения на рефинансирование НБУ и погубило «Таврику» (если отодвинуть политическую составляющую). Как только центробанк решил, что коммерческому банку необходимо вернуть кредит , банк стал неплатежеспособным. Банки, в которых меньше собственного капитала и больше всего долгов по рефинансированию перед НБУ, являются первыми кандидатами на введение временной администрации.

Важна также личность владельца. Очевидно, что если владельцем банка является резидент Украины, у которого к тому же нейтральная или оппозиционная политическая позиция, вести диалог с властями ему будет труднее. Еще хуже, если у владельца банка есть привлекательные активы в нефинансовой сфере.

Исходя из вышесказанного, наиболее угрожающе выглядит позиция банка «Финансы и Кредит», владельцем которого является Константин Жеваго. Показатель адекватности капитала банка (10,4%) приближается к установленному НБУ минимума в 10%. Банк также получил большой объем рефинансирования (более 5 млрд.грн).

Кроме того, Жеваго не может похвастаться сильной политической поддержкой в действующей власти. Активами империи Жеваго уже давно интересуются другие финансово-промышленные группы.

От «доброй воли» НБУ зависит также «Имэксбанк» . «Имекс» был в предыдущем списке на рекапитализацию в 2008 году. Сейчас он, похоже, достаточно капитала, однако почти 3 млрд. грн. рефинансирования делают банк чрезвычайно уязвимым. Положительным является то, что в «Имекс», по крайней мере, есть достаточный уровень собственного капитала.

Вгораздо влучшем положении находится«Дельта банк» Николая Лагуна. Этот банк, не первый взгляд, очень хороший показатель адекватности капитала (18,1%). И  если верить официальной отчетности, тов нем едва не лучший по качеству кредитный портфель.

Резервы под выданные кредиты физическим лицам составляют всего лишь 6% от кредитного портфеля, а юридическим — всего 4%. Для банков, которые более адекватно признали убытки по выданным кредитам, списание составляют около 30% для кредитов физическим лицам, и по крайней мере 10% для юридических лиц. Наиболее вероятно, реальный объем регулятивного капитала банка значительно меньше, и близок к минимальному значению в 10%.

Кроме этого, «Дельта Банк» является одним из лидеров по объемам валютной ликвидности и значительным инвестициям в ОВГЗ. В случае необходимости, может легко привлечь гривневые ресурсы у других банков в обмен на валюту и облигации правительства. Банки Олега Бахматюка «ВиЭйБи» и «Финансовая Инициатива» имеют две различные, но очень острые проблемы с капиталом и ликвидностью.

В 2008/09 «Финансовая Инициатива» были проблемы с расчетами с другими банками по межбанковским кредитам. «ВиЭйБи» банк перешел Бахматюку через сложный конфликт акционеров. Эти факторы ставят банки Бахматюка в вероятные кандидаты на финансовые проблемы, в случае ухудшения ситуации на финансовом рынке Украины. Хотя, с другой стороны, Бахматюк всегда демонстрировал способность удачно решать, казалось бы, безнадежные проблемы. Есть сильные признаки того, что ему удалось наладить слишком хорошие контакты с действующей властью. Позиция Приватбанка выглядит несколько слабой спустя почти маржинальный показатель адекватности капитала. Кроме этого, у «Привата» более 4 млрд. грн. рефинансирования от НБУ.

Однако,ПриватБанк располагает более 1 млрд. долл. валютной ликвидности, что является наибольшим показателем среди украинских банков. Также банк является стабильно прибыльным, и таким образом имеет возможность постоянно увеличивать свой капитал за счет полученной прибыли.

Кроме того, ПриватБанк является крупнейшим в Украине, и ему не позволят обанкротиться — иначе возникнет уже политический кризис. Это самая гарантия безоблачного будущего банка.

С 2008 года список наиболее уязвимых украинских банков остается почти неизменным. Слабое среди крупнейших банков выглядят «ВиЭйБи», «Имэксбанк», «Надра Банк», «Финансы и Кредит» и «Финансовая Инициатива». Большинство других банков, несмотря на свои долги по рефинансированию или низкий уровень капитала, вполне могут рассчитывать на поддержку своих материнских банков, или на свой большой портфель с ОВГЗ и валютных депозитов в западных банках.

Сергей Федорчук, Национальное бюро расследований Украины